Электронная библиотека

Книга четвёртая

I

Мои последние батуринские дни были вместе с теми последними днями всей прежней жизни нашей семьи.

Мы все понимали, что прежнее на исходе. Отец гово-рил матери: "Разлетается, душа моя, наше гнездо!" В са-мом деле, Николай это гнездо уже бросил, Георгий соби-рался совсем бросать, - срок его "поднадзорности" кон-чался; оставался один я; но шёл и мой черед...

II

Опять, ещё раз была весна. И опять казалась она мне такой, каких ещё не было, началом чего-то совсем непо-хожего на всё моё прошлое.

Во всяком выздоровлении бывает некое особенное ут-ро, когда, проснувшись, чувствуешь наконец уже полно-стью ту простоту, будничность, которая и есть здоровье, возвратившееся обычное состояние, хотя и отличающее-ся от того, что было до болезни, какою-то новой опыт-ностью, умудренностью. Так проснулся и я однажды в тихое и солнечное майское утро в своей угловой комна-те, окна которой я, по молодости, не имел надобности за-вешивать. Я откинул одеяло, чувствуя спокойное доволь-ство всех своих молодых сил и всё то здоровое, молодое тепло, которым нагрел я за ночь постель и себя самого. В окна светило солнце, от верхних цветных стекол на по-лу горели синие и рубиновые пятна. Я поднял нижние рамы - утро было уже похоже на летнее, со всей мир-ной простотой, присущей лету, его утреннему мягкому и чистому воздуху, запахам солнечного сада со всеми его травами, цветами, бабочками. Я умылся, оделся и стал молиться на образа, висевшие в южном углу комнаты и всегда вызывавшие во мне своей арсеньевской стариной что-то обнадёживающее, покорное непреложному и бес- конечному течению земных дней. На балконе пили чай и разговаривали. Был опять брат Николай,-- он часто при-ходил к нам по утрам. И он говорил - очевидно, обо мне:

- Да что ж тут думать? Конечно, надо служить, по-ступить куда-нибудь на место... Думаю, что Георгию все-таки удастся устроить его где-нибудь, когда он сам где-нибудь устроится...

Какие далекие дни! Я теперь уже с усилием чувствую их своими собственными при всей той близости их мне, с которой я всё думаю о них за этими записями и всё за-чем-то пытаюсь воскресить чей-то далекий юный образ. Чей это образ? Он как бы некое подобие моего вымыш-ленного младшего брата, уже давно исчезнувшего из ми-ра вместе со всем своим бесконечно далеким временем.

Случалось, бывало, в каком-нибудь чужом доме взять в руки старый фотографический альбом. Странные и сложные чувства возбуждали лица - тех, что глядели с его поблекших карточек! Прежде всего - чувство необык-новенной отчужденности от этих лиц, ибо необыкновен-но бывает чужд человек человеку в иные минуты. А по-том - происходящая из этого чувства повышенная остро-та ощущения их самих и их времени. Что это за существа, эти лица? Это все люди когда-то и где-то жившие, каж-дый по-своему, разными судьбами и разными эпохами, где было все свое: одежды, обычаи, характеры, обще-ственные настроения, события... Вот суровый чиновный старик с орденом под двойным галстуком" с большим и высоким воротом сюртука, с крупными и мясистыми

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки