Электронная библиотека

То же чувствовал и он. И волновала еще жалость к ней: и не знает, что это их последняя ночь!

Ночью он то засыпал, то в тревоге просыпался: решится ли прийти? Тьма дома, шум вокруг этой тьмы, трясутся ставни, в печке то и дело завывает... Вдруг он в страхе очнулся: не услыхал, -- услыхать ее в той преступной осторожности, с которой она пробиралась в густой темноте по дому, нельзя было, -- не услыхал, а почувствовал, что она, невидимая, уже стоит у тахты. Он протянул руки. Она молча нырнула под одеяло к нему. Он слышал, как стучит ее сердце, чувствовал ее озябшие босые ноги и шептал самые горячие слова, какие только мог найти и выговорить.

Они долго лежали так, грудь с грудью, целуясь с такой крепостью, что больно было зубам. Она помнила, что он не велел ей сжимать рот, и, стараясь угодить ему, раскрывала его, как галчонок.

-- Ты, небось, совсем не спала?

Она ответила радостным шепотом:

-- Ни минуточки. Все ждала...

Нашарив на столике спички, он зажег свечу. Она в страхе ахнула:

-- Петруша, что ж это вы сделали? А ну-ка старуха проснется, увидит свет...

-- Черт с ней, -- сказал он, глядя на ее раскрас-невшееся личико. -- Черт с ней, я хочу видеть тебя...

Взяв ее, он не спускал с нее глаз. Она прошептала:

-- Я боюсь, -- что это вы на меня так смотрите?

-- Да то, что лучше тебя на свете нет. Эта головка с этой маленькой косой вокруг нее, как у молоденькой Венеры...

Глаза ее засияли смехом, счастьем:

-- Какая это Винера?

-- Да уж такая... И эта рубашонка...

-- А вы купите мне миткалевую... Верно, вы правда меня очень любите?

-- Нисколько не люблю. И опять ты пахнешь не то перепелом, не то сухой коноплей...

-- Отчего ж вам это нравится? Вот вы говорили, что я всегда говорю в это время... а теперь... сами говорите...

Она начала все крепче прижимать его к себе, хотела еще что-то сказать и уже не могла...

Потом он потушил свечу и долго лежал молча, курил и думал: а все-таки надо сказать, ужасно, но надо! И чуть слышно начал:

-- Танечка...

-- Что? -- так же таинственно спросила она.

-- Ведь мне надо уезжать...

Она даже поднялась:

-- Когда?

-- Все-таки скоро... очень скоро... У меня есть неотложные дела...

Она упала на подушку:

-- Господи!

Его какие-то дела где-то там, в какой-то Москве, внушали ей нечто вроде благоговения. Но как же все-таки расстаться с ним ради этих дел? И она замолчала, быстро и беспомощно ища в уме выхода из этого неразрешимого ужаса. Выхода не было. Хотелось крикнуть: "Возьмите меня с собой!" Но она не смела -- разве это возможно?

-- Не могу же я век тут жить...

Она слушала и соглашалась: да, да...

-- Не могу же я взять тебя с собой... Она вдруг отчаянно выговорила:

-- Почему?

Он быстро подумал: "Да, почему, почему?" И по-спешно ответил:

-- У меня нет дома, Таня, я всю жизнь езжу с места на место... В Москве живу в номерах... И ни на ком никогда не женюсь...

-- Отчего?

-- Оттого, что уж такой я родился.

-- И ни на ком никогда не женитесь?

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки