Электронная библиотека

-- Да, вам, верно, очень одиноко, -- сказала она.

-- Да. Но что ж, надо терпеть. Patience -- medecine des pauvres*.

* - Терпенье -- медицина бедных (франц.).

-- Очень грустная medecine.

-- Да, невеселая. До того, -- сказал он, усмехаясь, -- что я иногда даже в "Иллюстрированную Россию" заглядывал, -- там, знаете, есть такой отдел, где печатается нечто вроде брачных и любовных объявлений: "Русская девушка из Латвии скучает и желала бы переписываться с чутким русским парижанином, прося при этом прислать фотографическую карточку... Серьезная дама шатенка, не модерн, но симпатичная, вдова с девятилетним сыном, ищет переписки с серьезной целью с трезвым господином не моложе сорока лет, материально обеспеченным шоферской или какой-либо другой работой, любящим семейный уют. Интеллигентность не обязательна..." Вполне ее понимаю -- не обязательна.

-- Но разве у вас нет друзей, знакомых?

-- Друзей нет. А знакомства плохая утеха.

-- Кто же ваше хозяйство ведет?

-- Хозяйство у меня скромное. Кофе варю себе сам, завтрак готовлю тоже сам. К вечеру приходит femme de menage*.

* - Приходящая домашняя работница (франц.).

-- Бедный! -- сказала она, сжав его руку.

И они долго сидели так, рука с рукой, соединенные сумраком, близостью мест, делая вид, что смотрят на экран, к которому дымной синевато-меловой полосой шел над их головами свет из кабинки на задней стене. Подражатель Чаплина, у которого от ужаса отделился от головы проломленный котелок, бешено летел на телеграфный столб в обломках допотопного автомобиля с дымящейся самоварной трубой. Громкоговоритель музыкально ревел на все голоса, снизу, из провала дымного от папирос зала, -- они сидели на балконе, -- гремел вместе с рукоплесканиями отчаянно-радостный хохот. Он наклонился к ней:

-- Знаете что? Поедемте куда-нибудь на Монпарнас, например, тут ужасно скучно и дышать нечем...

Она кивнула головой и стала надевать перчатки.

Снова сев в полутемную карету и глядя на искристые от дождя стекла, то и дело загоравшиеся разноцветными алмазами от фонарных огней и переливавшихся в черной вышине то кровью, то ртутью реклам, он опять отвернул край ее перчатки и продолжительно поцеловал руку. Она посмотрела на него тоже странно искрящимися глазами с угольно-крупными ресницами и любовно-грустно потянулась к нему лицом, полными, с сладким помадным вкусом губами.

В кафе "Coupole" начали с устриц и анжу, потом заказали куропаток и красного бордо. За кофе с желтым шартрезом оба слегка охмелели. Много курили, пепельница была полна ее окровавленными окурками. Он среди разговора смотрел на ее разгоревшееся лицо и думал, что она вполне красавица.

-- Но скажите правду, -- говорила она, щепотками снимая с кончика языка крошки табаку, -- ведь были же у вас встречи за эти годы?

-- Были. Но вы догадываетесь, какого рода. Ночные отели... А у вас?

Она помолчала:

-- Была одна очень тяжелая история... Нет, я не хочу говорить об этом. Мальчишка, сутенер в сущности... Но как вы разошлись с женой?

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки