Электронная библиотека

он проводил дни и ночи со своими случайными и постоянны-ми собутыльниками, и униженно умоляли его взять тыся-чу, две тысячи рублей авансом за одно только обещание не забыть их при случае своей милостью, а он, грузный, большелицый, только щурился, молчал и вдруг отрывисто кидал таким зловещим шепотом: "Геть сию же минуту к чертовой матери!" - что робкие люди сразу словно сквозь землю проваливались. Но даже и тогда, в эту са-мую плохую его пору, много было в нем и совсем дру-гого, столь же характерного для него: наряду с боль-шой гордостью много неожиданной скромности, наряду с дерзкой запальчивостью много доброты, отходчивости, застенчивости, часто принимавшей какую-то даже жало-стную форму, много наивности, простодушия, хотя по-рой и наигранного, много мальчишеской веселости и того милого однообразия, с которым он все изъяснялся в сво-ей простой любви к собакам, к рыбакам, к цирку, к Ду-рову, к Поддубному - и к Пушкину, к Толстому, - тут он, впрочем, неизменно говорил только о лошади Врон-ского, о "прелестной, божественной Фру-Фру", - и еще к Киплингу. За последние годы критики не раз сравнива-ли его самого с Киплингом. Сравнивали, разумеется, не-удачно, - Киплинг возвышался в некоторых своих вещах до подлинной гениальности, Киплинг был настолько ве-лик, как поэт, и настолько своеобразен, един в своем ро-де, что кого же можно с ним сравнить? Но что Куприн мог любить его, вполне естественно.

Я поставил на него ставку тотчас после его первого по-явления в "Русском богатстве" и потому с радостью услы-хал однажды, гостя у писателя Федорова в Люстдорфе, под Одессой, что к нашим сожителям по даче Карышевым приехал писатель Куприн, и немедля пошел с Федоро-вым знакомиться с ним. Лил дождь, но все-таки дома мы его не застали, - "он, верно, купается", - сказали нам. Мы сбежали к морю и увидали неловко вылезающего из воды невысокого, слегка полного и розового телом чело-века лет тридцати, стриженного каштановым ежиком, близоруко разглядывающего нас узкими глазами. "Куп-рин?" - "Да, а вы?" - Мы назвали себя, и он сразу просиял дружеской улыбкой, энергично пожал наши руки своей небольшой рукой (про которую Чехов сказал мне однажды: "Талантливая рука!"). После знакомства мы сошлись с ним удивительно быстро, - в нем тогда веселости и добродушия было так много, что на всякий вопрос о нем, - кроме того, что касалось его семьи, его детства, - он отвечал с редкой поспешностью и готовностью своей отрывистой скороговоркой: "Откуда я сейчас? Из Киева... Служил в полку возле австрийской границы, потом полк бросил, хотя звание офицера считаю самым высоким... Жил и охотился в Полесье, - никто даже себе и предста-вить не может, что такое охота на глухарей перед рассве-том! Потом за гроши писал всякие гнусности для одной киевской газетки, ютился в трущобах среди самой по-следней сволочи... Что я пишу сейчас? Ровно ничего, - ни-чего не могу придумать, а положение ужасное - посмотрите, например: так разбились штиблеты, что в Одессу не в чем поехать... Слава богу, что милые Карышевы приюти-ли, а то бы хоть красть..."

В это

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки