Электронная библиотека

* - Народ приветствовал ее, именуя бессмертной (франц. - Из стихотворения "Богиня").

Повторяю, - и до 10 ноября испытала она уже не ма-ло, неизменно участвуя во всей той напыщенной пошло-сти, которая каждый день шла, по приказу насквозь изо-лгавшихся изуверов, на сцене Оперы. Она, говорю, уже хорошо знала, что это значит в действительной жизни, все эти "l'Offrande a la Liberte" и "Toute la Grece ou ce que peut la Liberte". Революционные вожди, как и полагается им по революционным обычаям, развивали сумасшедшую дея-тельность, каждый Божий день поражали город какой-ни-будь новой выходкой, так что в конце концов и восприим-чивости не хватало на эти выходки, и самое неожиданное уже теряло характер неожиданности. И все-таки торже-ство 10 ноября свалилось на Париж (а на Обри еще бо-лее) истинно как жуткий снег на голову. "Pour activer le mouvement antipapiste"*, Шомет в четверг седьмого нояб-ря вдруг распорядился на воскресенье десятого о "всена-родном" празднестве в честь Разума, о беспримерном ко-щунстве в стенах Парижского собора, a m-lle Обри было объявлено, что ей выпала на долю величайшая честь воз-главить это кощунство. И приготовления к празднеству за-кипели с остервенением, и к воскресенью все потребное, чтобы Бог и попы были посрамлены окончательно, было вполне готово. Всю ночь накануне лил как из ведра ледя-ной дождь. Утром он перестал, но грязь была непролазная и дул свирепый ветер. Тем не менее, с раннего утра загро-хотали пушки, загремели барабаны, Париж стал высыпать на улицу...

* - чтобы усилить антипапистское движение (франц.).

XI

И было великое безобразие, а для Обри и великое му-чение, даже телесное. С раннего утра она, вместе с прочими "Обожателями Свободы", то есть с кордебалетом и хором, была уже в холодном соборе, репетировала. По том стали собираться "патриоты", прискакал озабочен-ный Шомет - и началось торжество. Потом - и все под стук пушек, пение, барабаны и шум толпы - четыре бо-сяка, ухмыляясь, подняли на свои дюжие плечи Обри вместе с ее троном и понесли, в сопутствии хора и кор-дебалета, пробиваясь сквозь толпу, сперва на площадь, "к народу", а затем в Конвент. И опять - давка, говор, крики, смех, остроты, а ноги чавкают по грязи, попада-ют в лужи, ветер рвет голубую мантию и красную шапоч-ку посиневшей Богини, кордебалет тоже стучит зубами в своих вздувающихся от ветра белых рубашечках, за-брызганных грязью, а сзади высоко качаются над толпой шесты, на которых надеты, для вящей потехи, золотое облачение и митра Парижского Архиепископа. А в Кон-венте - торжественный прием Богини всем "высоким собранием" во главе с президентом, который ее при-ветствует "как новое божество человечества", "заклю-чает от имени всего французского народа в объятия", возводит на трибуну и сажает рядом с собою... Тут бы, казалось, и конец. Но нет! Из Конвента Обри понесли, совершенно так же, как и принесли, назад, в собор! Во-образите себе хорошенько это новое путешествие и пе-речитайте затем стихотворное красноречие Беранже...

XII

Прошла

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки